В рамках данного этапа священник переводит дискуссию в плоскость «проблема как внешний объект». Предлагается рассматривать эмоциональную зависимость, как внешние силы. Важно учесть, что экстернализация здесь не является способом снятия ответственности.

В рамках данного этапа священник переводит дискуссию в плоскость «проблема как внешний объект». Предлагается рассматривать эмоциональную зависимость, как внешние силы. Важно учесть, что экстернализация здесь не является способом снятия ответственности. Напротив, она создает необходимую дистанцию, позволяющую подростку увидеть «внешнего врага» как в отношении себя так в отношении других сверстников. Как только проблема отделена от личности, подросток перестает быть ее «носителем» и становится ее «исследователем». Именно эти же принцип заложен у святых отцов. Преподобный Исаак Сирин формулировал ту же мысль так: «Люби грешников, но ненавидь дела их и не пренебрегай грешными за недостатки их, чтобы самому тебе не впасть в искушение, в котором пребывают они». Максим Исповедник: зло без ипостаси — онтологическая экстернализация. Максим Исповедник идёт глубже всех — он расщепляет само понятие зла как онтологической реальности. Его ключевой тезис: «Зло не имело и не будет иметь ипостаси в собственной природе». Страсти лишены самостоятельного существования — это не сущности, а деформации, искажения того, что по природе благо. Здесь акцент на том, чтобы не отождествлять человека с его поступком, но при этом не игнорировать грех.