Условие:
Правоохранительными органами Республики Узбекистан 10 ноября 2000 г. Ш. заочно было предъявлено обвинение в повторном совершении кражи и мошенничества (п. "а" ч. 3 ст. 169 и п. "а" ч. 3 ст. 168 УК Республики Узбекистан). Постановлением заместителя Генерального прокурора РФ ходатайство Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан об экстрадиции Ш. за кражи было удовлетворено. Этим же постановлением было отказано в выдаче Ш. для привлечения его к уголовной ответственности за мошенничество и в части вменения повторности как квалифицирующего признака кражи. Липецким областным судом экстрадиция Ш. в целом была признана незаконной. Липецкий областной суд в своем определении отметил, что после совершения Ш. преступлений в Республике Узбекистан принимались указы Президента республики и постановления Сената Олий Мажлиса республики об амнистии, в соответствии с п. п. 5 и 6 которых подлежали прекращению все следственные дела и дела, не рассмотренные судами, о преступлениях, не представляющих большой общественной опасности. Таким образом, дело, по которому обвиняется Ш., подлежит прекращению. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ определение Липецкого областного суда отменила на том основании, что принятие запрашивающей стороной акта амнистии не служит препятствием для выдачи лица.
Решение какого судебного органа в большей мере соответствует требованиям уголовно-процессуальному законодательства и почему?
Почему принятие запрашивающей стороной акта амнистии не служит препятствием для выдачи запрашиваемого лица?
