Условие:
11 июля 2015 г. Маревский распивал со своим знакомым Иванниковым спиртные напитки в одном из лесопарков Москвы. Когда спиртное у них закончилось, Маревский предложил Иванникову ограбить кого-нибудь из отдыхавших в лесопарке граждан и на эти деньги купить еще спиртного. Иванников этой идеи не поддержал и попытался отговорить Маревского, однако тот, будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, приступил к осуществлению своего замысла. Иванников в это время стоял неподалеку.
Оба были задержаны дежурившими в лесопарке полицейскими на месте преступления и препровождены в отделение, где у них отобрали объяснения по данным фактам, причем осуществлялась видео-фиксация опросов. Как Иванников, так и Маревский дали вышеприведенное объяснение.
По данному факту было возбуждено уголовное дело. Маревский был обвинен в совершении предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ преступления, Иванников был допрошен по делу в качестве свидетеля.
После ознакомления с содержанием обвинения Маревский заявил о своем несогласии с ним. В своих показаниях Маревский настаивал, что на содеянное его подбил Иванников, который якобы сказал, что потерпевший - его приятель, и предложил того разыграть.
Суд признал Маревского виновным в совершении грабежа. В приговоре суд сослался в том числе на объяснение Маревского, данное им до возбуждения уголовного дела, указав, что оно является доказательством как иной документ (ст. 84 УПК РФ).
Является ли постановленный приговор законным? Если нет, то в чем выразилось нарушение уголовно-процессуального закона?
